Смутная улыбка

Я вслушивалась в его голос. Да, это был...

Голосов пока нет

Я вслушивалась в его голос. Да, это был его голос. Откуда во мне этот покой, эта кротость, будто что-то самое важное, живое для меня, уходило? Он предлагал мне посидеть с ним завтра где-нибудь в кафе. Я говорила: "Да, да".
Я поднялась к себе в комнату очень собранная, музыка кончилась, и я пожалела, что пропустила конец. Я увидела себя в зеркале, заметила, что улыбаюсь.

Отчаяние - какое странное чувство

Голосов пока нет

Отчаяние - какое странное чувство; и странно, что после этого выживают.

Есть такая фраза у Пруста: "Счастье...

Голосов пока нет

Есть такая фраза у Пруста: "Счастье очень редко прилетает именно к тому желанию, которое его призвало". В эту ночь они совпали: когда я приблизила лицо к лицу Люка, а я так этого хотела всю неделю, мне даже стало дурно, быть может, просто потому, что внезапно исчезла пустота, составлявшая, в общем-то, мою жизнь. Пустота, возникавшая от ощущения, что моя жизнь и я существуем врозь.

Я поняла, что решительно не способна...

Голосов пока нет

Я поняла, что решительно не способна быть веселой подружкой женатого мужчины. Я любила его. Надо было заранее представить себе, хотя бы представить, что любовь может быть именно такой: наваждением, мучительной неудовлетворенностью.

...и мы обменялись понимающими улыбками...

Голосов пока нет

...и мы обменялись понимающими улыбками, он - как мужчина, неравнодушный к женщинам, я - как женщина, привыкшая к мужчинам, которые неравнодушны к женщинам.

Короче говоря, я любила Люка, о чем и...

Голосов пока нет

Короче говоря, я любила Люка, о чем и сказала себе в первую же ночь, которую снова провела с ним. Это было в гостинице, на набережной; он лежал на спине после объятий и разговаривал со мной, прикрыв глаза. Он сказал: "Поцелуй меня". И я приподнялась на локте, чтобы поцеловать его.

"Нам хорошо, только когда мы устаем", -...

Голосов пока нет

"Нам хорошо, только когда мы устаем", - говорил Люк, и это была правда, потому что я принадлежала к породе людей, которым хорошо, только когда они исчерпают определенную часть жизнеспособности, требовательной, подверженной приступам скуки; ту самую часть, которая спрашивает: "Что ты сделал со своей жизнью? Что ты хочешь с ней делать?" - вопрос, на который я могла ответить только: "Ничего".

Ну, вот, я рядом с Люком, я около него,...

Голосов пока нет

Я думала: "Ну, вот, я рядом с Люком, я около него, мне стоит только протянуть руку, чтобы дотронуться до него. Я знаю его тело, его голос, знаю, как он спит. Он читает, я немного скучаю, это, в общем, даже приятно. Сейчас мы пойдем обедать, потом вместе ляжем спать, а через три дня расстанемся. И, наверное, уже никогда не будет так, как сейчас.

Я за все отвечаю. Но за что? За свою...

Голосов пока нет

Я за все отвечаю. Но за что? За свою жизнь? Она достаточно приемлемая и достаточно вялая. Я не чувствую себя несчастной. Но я и не счастлива. Мне никак; хорошо только с тобой.

Я боялась, не соскучится ли он со мной....

Голосов пока нет

Я боялась, не соскучится ли он со мной. Я не могла не заметить, что обычно боялась за себя – не соскучусь ли я – а не за других. Такой поворот меня беспокоил. Но разве трудно жить с таким человеком, как Люк, который не заводит серьезных разговоров, ни о чем не спрашивает (особенно – «О чем ты думаешь?»), неизменно доволен, что я рядом, и не демонстрирует ни равнодушия, ни страсти?

Всегда приятно видеть веселыми людей,...

Голосов пока нет

Всегда приятно видеть веселыми людей, которым мы причинили огорчение. Это меньше расстраивает.

Хоть кто-нибудь был бы рядом со мной,...

Голосов пока нет

Хоть кто-нибудь был бы рядом со мной, кого я буду беречь, кого я прижму к себе с мучительной, безудержной силой любви. Я была не настолько цинична, чтобы завидовать Бертрану, но мне было достаточно грустно, чтобы завидовать любой счастливой любви, каждой встрече, от которой теряют голову, всякому любовному рабству.

Ласкова ли я? Надо будет спросить у...

Голосов пока нет

Ласкова ли я? Надо будет спросить у Бертрана. Конечно, я брала его за руку, не кричала на него, перебирала его волосы. Но ведь я вообще терпеть не могла кричать, а моим рукам нравилось ласкать его волосы, теплые и густые, как мех какого-то животного.